Владимир Иванов. Рисунки и принты в contemporary space

В «ночной» галерее contemporary space («современное пространство»), не перестающей радовать жителей и гостей этого удивительного города интересными акциями на любой, в т.ч., и самый взыскательный вкус, до 22 февраля с.г. экспонируется персональная выставка варненца Владимира Иванова.

Официальный пресс-релиз события предельно краток, чёток и дипломатичен. И, как всегда, ничего не объясняет, предлагая потребителю культурного продукта самому включить мозги и слегка пошевелить ими. Потому что, как давно  известно, разжёвывать смысл искусства — это такая же неблагодарная задача, как и «танцевать дерево». Пожалуй, стоит привести этот документ полностью, в адаптированном переводе на «великий и могучий».

Очередной персональной выставкой Владимир Иванов продолжает  свои исследования соотношения между образом и словом, пространством и временем. Его произведения — это внимательный, часто парадоксальный, но всегда углубленный анализ взаимосвязи между текстом и изображением — одной из основных проблем нашего времени.

Фигуры его рисунков с цитатами изречений Витгентштейна, казалось бы, не имеют ничего общего с мыслями этого известного философа. Однако, при чуть более внимательном прочтении,  в приподнесенных таким образом композициях можно отыскать почти сюрреалистическую корреспонденцию.

Подобную же интеллектуальную игру мы наблюдаем и в надписях — самых разных цитатах и штампованных образах, ставших частью урбанистической среды. Эти принты кадрируют часто неуловимую, деликатную  связь между словами и местами, ими исписанными, при этом не являющимися императивом для художника. 

А в изображениях без текста на передний план снова выведена пластика случайно созданная анонимными авторами в богатом на пинциденте пространстве города. В качестве целостной экспозиции представлена картина динамичной метафизики, когда  То, что движется,  и Иное, неподвластное  изменениям во времени, образуют единое и неделимое Целое.

И это целое как бы содержит в себе смысл Бытия, — абсурдность того, что нам не дано понять, того, что мы, в сущности, обречены проживать каждый день и каждый час. Может быть, вопросы к этому абсурду — здесь и сейчас — и есть авторский месседж? Может быть. Кто знает?»

Завернуто лихо. «Сладко поёшь!», как шипел Шарапову Горбатый в замыленном до дыр «Месте встрече». Мы так красиво излагать не умеем. Поэтому отбросим в сторону Витгенштейна — у него и без нас достаточно комментаторов и обозревателей —  и сосредоточимся на персональных впечатлениях и наблюдениях.

Если бы не личное знакомство (пусть и шапочное) с автором, состоявшееся накануне открытия его выставки в другом, не менее уважаемом месте, мы бы никогда в жизни не сказали, что представленные рисунки и принты — дело рук почтенного профессора, долгие годы отвечающего за правильное понимание графического дизайна студентами одного из варненских университетов. Да ещё и специалиста по французской филологии, между прочим (что, конечно, не могло не отразиться на тематике и проблематике его творений).

Профессор Владимир Иванов (слева), галерист Васил Даскалов (справа)

И дело тут, прежде всего, не в индивидуальной технике художника — она безупречна, или близка к таковой, — а в актуальности и даже «модности» самих приёмов и образов, в цитируемом материале,  в творческом  подходе автора, в его интересе к радикальному современному уличному искусству и его темам. Принты, не имеющие никакого отношения к традиционной каллиграфии (и в то же время, целиком находящиеся в рамках её методов и возможностей); украшающие собою самые неожиданные места этого чудного, хотя и малость «закамаченного» приморского города (и без того склонного к шокирущим контрастам на каждом шагу и избыточной эклектике во всём, и этот взрывающий мозг позитивный сумбур морской столицы едва ли не  является самой сутью её натуры);  принты, заставляющие прохожего  в очередной раз обратить внимание на давно ставшие расхожими штампами сентенции записных мудрецов в самый неподходящий момент… Мы были уверены, что автором всего этого является какой-нибудь болгарский последователь Бэнкси, юный и озорной умник.

Короче, вы поняли — нынешнее творчество Владимира Иванова резко выбивается из того, что  можно считать традиционной, классической, школой графики и дизайна, и, может быть, даже выглядит не совсем подходящим для зрелого и опытного мастера. Что, в свою очередь, лишь подтверждает три следующих «и ежу понятных» тезиса:

1) Физический возраст для артиста не значит ровным счетом ничего; актуальным и «попсовым» можно быть хоть в 90, если захотеть. Главное для такой актуализации истинного таланта  — это спокойно, не впадая в обезьянничанье модным образцам, «держать нос по ветру», оставаясь, в то же время, самим собой.

2) Соединение классического художественного образования и владение приемами  традиционной графики, помноженное на интерес к философии и лингвистике, еще никогда не мешало настоящему художнику  в борьбе за место под солнцем на территории так называемого «contemporary art». И, да, — ирония. Она тоже никому не вредит, если не превращается в самоцель…

3) Основной отличительной чертой полумифической, но осязаемой варненской художественной школы как раз и является широчайший диапазон техник, жанров, стилей и направлений, в которых работают местные artist’s, уровню внутренней свободы которых можно позавидовать (чаще всего, видимо, они  спокойно следуют интуиции, даже не задумываясь, какую этикетку прилепят впоследствии на  их творение критики и галерейщики, и насколько  полно этот лейбл будет отражать закодированную в произведении мысль). То же касается и не менее широкого спектра вопросов (порой — весьма острых), поднимаемых местными художниками (как бы походя и нехотя), в своем творчестве.

Именно такая несводимость к общему знаменателю всего многообразия представленных в морской столице форм изобразительного искусства, кажется, и является для местной графики, живописи  и  пластики свойством объединяющим, заставляя нас всерьез говорить о существовании уникальной и обособленной по месту и времени «школы». Что, конечно, обусловлено и историей,  и этнографией, и географией Морской столицы — см. пассаж о её органическом эклектизме выше. Дичайшее, обескураживающее стороннего наблюдателя сочетание провинциального уюта  с не менее местечковым бунтарством;  мистических и квазипсиходелических прозрений  — с дотошным рассудочным анализом и внутреннего, и внешнего хаоса; наивное переиначивание хваленых космополитических икон стиля на типично болгарский лад — и тут же зрелое, глубокое, полное житейской мудрости естественное, даже подспудное выражение своей национальной идентичности…

Вот в этом месте пишущий эти строки окончательно утомился от свобственного пустословия и велеречивости, и решил повернуть ход мыслей в другую сторону. Примерно вот так:

…Творчество почти любого варненского художника (и Владимир Иванов тут яркий пример) может быть описано не такой уж сюрреалистической и вполне обыденной быличкой: представьте себе, что вы идёте в знакомый с детства ресторан «Севастополь», а попадаете в новенький «Макдональдс». Не показывая удивления, вы заказываете любимый «двойной чизбургер»  и большую колу, а под  стандартной упаковкой (и по той же цене!) вдруг обнаруживаете между двух булок не привычный фарш из непоймичего под кетчупом «хайнц» — а, например, еще более любимую вкуснейшую «обесткостену агнешку главичку» под лютеницей, да и кола отчего-то подозрительно напоминает компот из душистых местных сухофруктов. А на экране телика в это время разом «играют» хоро  Эмил Димитров и Джин Питни, Тупак Шакур и Дюк Элингтон. Отобедав, вы разве расстроитесь? Вряд ли. Но определенный «сдвиг по фазе» под своей черепной крышкой гарантированно зафиксируете. (Извините за туман, но более ясно свои думки автор этих строк изложить затрудняется. И виной тому — как раз констатация  им собственного «сдвига по фазе» после нескольких посещенных выставок за пару дней:  из них  «рисунки и принты» профессора были последней).

А в целом — то, что мы увидели на открытии, нас приятно удивило. Несмотря на то, что как раз во время открытия-то насладиться его произведениями вволю было проблематично — из-за заполнивших под завязку оба уровня «современного пространства» поклонников творчества Владимира Иванова. Осмысление погружением в эти работы требует особого, медитативного, состояния, а люди, даже хорошие, всегда отвлекают своей суетой. И даже пространное вступительное слово автора мало кому что объяснило.

Впрочем, всегда всё лучше видеть своими глазами, даже послушав сто раз сто мнений ста искусствоведов. А уж расширять свой круг знаний о процессах, происходящих  «в мире прекрасного», опираясь на болтовню дилетантов вроде нас, так и вообще — непростительный грех. Забудьте всё вышепрочитанное, кроме имени и фамилии художника и названия галереи. Отправляйтесь туда сами, если вам интересно. Идите — и смотрите. Потом пейте вкусный кофе или горячий травяной чай у барной стойки, и снова опускайтесь в подвал, к рисункам и принтам. И опять смотрите, вглядывайтесь, рассматривайте — так вы заметите то, что ранее ускользнуло от вашего рассеянного внимания. И непременно в одиночку. И  расслабленно, ничуть не заботясь о том, сохряняет ли в этот момент ваше лицо «умное» выражение. У вас ещё есть шанс сделать это, никуда не спеша — до 22 февраля и принты, и рисунки ждут своего зрителя. Адрес галереи — ул. Марко Балабанов, 23. Приятного культпохода!

Дополнительную информацию об авторе можно найти тут

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s